15 день
Начала морозов
ElderScrolls.Net

Притча

Автор: Матиуш, 2015 год

Камил Атен, молодой черноволосый имперец, попал в Царство Шеогората около года назад.

Он не был безумен, его не пытались свести с ума, даже творческая искорка умерла в нем давным-давно с единственным недорисованным в семилетнем возрасте рисунком на день рождения матери. В общем, одному даэдрическому лорду было известно, что Камил делал на Дрожащих Островах.

По безумной прихоти Шеогората Атен находился на скудном содержании: ему была предоставлена полуподвальная комнатушка на западе Крусибла в вечно сыром доме старого немого бретонца; кроме того, он мог трижды в день питаться в харчевне за четыре квартала от местожительства.

Крусибл, темная и неприветливая часть Нью-Шеота, ежедневно встречала Камила грязью на улицах, вонью каналов и канав, безумцами, наркоманами, людьми, в которых отчаяния было больше, чем человечности, и каждые три-четыре дня – парочкой трупов.

− Конечно, такая жизнь меня не устраивает, но что я могу?! – жаловался он данмерке, хозяйке харчевни, которая слушала его вполуха и часто кашляла в платок. – Он все равно не даст мне нормально жить. Пойти против бога? Уже завтра буду трупом или умалишенным. Плясать под его дудку? Он ведь явно чего-то хочет от меня, раз дернул в это место. Нет, не собираюсь. Мне остается только ждать и терпеть…

Отужинав в заведении, по которому гулял постоянный кислый запах, Камил Атен вышел на улицу, где запах именовался вонью, и характеристик ему подобрать было невозможно. По привычке дыша через рукав, молодой человек просеменил в соседний квартал, в котором вздох не означал потерю сознания, съеденного или жизни. Там он повстречал своего знакомого, тучного босмера, чья история появления в царстве Шеогората была очень схожа с его.

− Атен? Привет. Я тут руду безумия на продажу тащу… Представляешь, переселяюсь в Блисс. Да. Скопил. И проблем с переселением не возникло − разрешили сразу… Ну, бывай! Удачи!

«Бедолага, − подумал Камил, проводив эльфа взглядом, − борется, извивается – не понимает, что в мире, придуманном безумным лордом, где все стоит, дышит, цветет, страдает только по его воле – бессмысленно пытаться строить жизнь…»

Ударяющими в грязь шагами его мысли заглушил проходивший мимо патруль из двух темных соблазнителей, обсуждающих сошедшую с ума от безответной любви к огненному антронаху графиню, которая намедни заполнила спиртовой смесью ванну, легла в нее и, призвав в объятья вожделенного гордеца, сгорела заживо. Мазкен, погрузив своим разговором Камила Атена в новые раздумья, проследовали в сторону харчевни, а молодой человек поплелся домой.

Два раза в месяц, стараясь нацепить на свои шаровары как можно меньше крусиблского духа, но с неизменно отсутствующими эмоциями на лице, к нему торопился Хаскилл, правая, апатичная в каждом пальчике, рука безумного бога. Что-то спрашивал, что-то даже записывал, как будто чего-то хотел. Не сегодня-завтра полулысый камердинер бога должен был прийти вновь, и Камил надеялся, что этой ночью визита все-таки не последует, потому что его вдруг разморило, и единственное чего он желал – побыстрей добраться до кровати.

Последнее воспоминание из Нирна часто и ласкало, и сдавливало его сердце во снах: он идет ночевать к дяде по тропинке, окруженной деревьями, ветки которых сонно пританцовывают над его головой, а на них − надрывисто общаются друг с другом какие-то птицы; вдруг посередине дороги он видит труп, пронзенный шпагой; оружие торчит из живота убитого, скорее своей очевидной дороговизной, нежели магией призывая его коснуться необычного эфеса с набалдашником в виде горящей головы собаки; он неуверенно берется за шпагу, желая завладеть ею… и приходит в сознание уже возле Нью-Шеота.

Сегодня Камил Атен видел тот же сон, но впервые из-за искаженной концовки его нельзя было назвать воспоминанием – в нем молодой человек не переместился на Острова.

Проснувшись, имперец с силой провел ладонью по лицу и хотел было обдумать значение увиденного, но вспомнил, что пора позавтракать. Он быстро собрался и пошел в харчевню.

В этот день улица встретила его еще более недружелюбно, чем обычно: нечистоты вылились из канавы и бежали вниз по улице, задевая единственное, выглядывающее над тротуаром лишь третью, окошко его комнатки.

«Надеюсь, оно плотно закрыто», − подумал Камил, недолго постоял, оценивая серьезность неприятности, и продолжил свой путь.

«Как скверно, что мне приходится торчать в этом месте, − волновался Атен, − моя молодость, мой внутренний огонь, мои таланты пропадают зря вместе с моей жизнью… Горько! Больно! Чем я могу заняться тут?! В царстве уродов, больных и безумцев! Ах, если бы только мне дали возможность что-нибудь изменить!..»

На половине пути его нагнал Хаскилл.

− Здравствуйте, Камил, − скучающим голосом поприветствовал он. – Я бы хотел задать вам несколько вопросов…

− Я тоже много чего хочу, − не остановился имперец, − например, позавтракать до́ нашей увлекательной беседы, покинуть План вашего господина, или чтобы отходы с улиц не заливались ко мне в комнату, или чтобы каджит из дома напротив перестал орать с балкона о том, что он старый орк, вызывающий всех на последний бой…

− Вы действительно хотите покинуть Дрожащие Острова? – Хаскилл шел за ним не отставая.

− Представьте себе.

− Вы впервые об этом говорите. Нет ничего проще.

Атен обернулся и замер. В руке помощника безумного бога лежала фигурка в виде горящей головы пса.

− Как… Что… − чуть ли не задохнулся Камил.

− Коснитесь – и вы переместитесь обратно, в ваш Мир. Без подвоха. Мой лорд проводит маленький эксперимент: ему интересно, чем будут заниматься случайные люди в его Плане, и как скоро они попросятся домой. Он не претендует на ваш разум… по крайней мере, пока.

Камил Атен долго приходил в себя, долго обдумывал услышанное, долго решался и наконец дотронулся до фигурки…

***

Прошло более полутора лет, как молодой имперец вернулся в Нирн.

Он вышел из таверны Бравила и направился блуждать по мостикам над грязными каналами города. В окошке обветшалого помещения слева от него плакала женщина, перечисляя сквозь слезы те вещи, что воры вынесли вчера из ее жилья; внизу стража вылавливала из воды мертвого аргонианина; на соседнем мосту справа данмер, сжимая пустую бутылочку из-под скумы, страдал от ломки, стонал и кашлял…

Камил с горестным выражением лица шагал по скрипучим доскам и размышлял: «Граф, подлец, денно и нощно шикует в замке, а простым людям в его городе житья нет… Дохнем, как мухи! При таком правителе ни на жизнь, максимум на смерть заработать можно! То есть на клочок земли под могилу… Еще гильдейные, конечно, кушают с ладошек императора, но к ним не поступишь – там все по блату… Эх, была бы только у меня возможность улучшить свою жизнь!..»

Добавить комментарий

Или

© 2000—2018 ElderScrolls.Net. Частичная перепечатка материалов сайта возможна только с указанием ссылки на источник.
Торговые марки The Elder Scrolls, Skyrim, Dragonborn, Hearthfire, Dawnguard, Oblivion, Shivering Isles, Knights of the Nine, Morrowind, Tribunal, Bloodmoon, Daggerfall, Redguard, Battlespire, Arena принадлежат ZeniMax Media Inc. [11.91MB | 56 | 1,468sec]