16 день
Вечерней звезды
ElderScrolls.Net
Главная » Произведения » Пепел Альд’Руна » 28. Экспедиция — день третий: Люди живые и мёртвые

28. Экспедиция — день третий: Люди живые и мёртвые

Кимри проснулась на рассвете. Поняв, что больше не заснёт, она хотела потихоньку выбраться из палатки, но чуткая Лилисса всё-таки вскинулась от шороха одежды и решила тоже встать.
– Как вчера погуляли? – полюбопытствовала рыжая, натягивая блузу и пряча лукавый блеск в глазах.
Кимриэль невольно замерла на секунду, вспоминая волшебный свет сквозь витражи храма, закат над тёмно-коричневыми крышами, ночные огни — и ответила честно:
– Хорошо! Удивительно красивый город!
– А мы почти всё время проторчали у бойцов, – фыркнула рыжая. – Роггвар махался с одним тамошним парнем — ухх!
Заметив улыбку подруги, босмерка хихикнула:
– Ничего не могу с собой поделать: когда вижу, как Роггвар размахивает своим молотом или какую-нибудь тяжесть поднимает, как пёрышко — сама не своя становлюсь! – Она изобразила руками алчно-нетерпеливый жест. – И бегать от него прикольно. Не понимаю, как он ухитряется так носиться? Почти всегда меня догоняет! А я, между прочим, дома не один турнир по бегу выиграла… Ну, чего ты так смотришь?! – Лилисса то ли смутилась, то ли ещё больше обрадовалась возможности высказаться. – Сама же мне говорила, что он классный! Ну и — вот… Мы, короче, типа вместе теперь. Хотя, наверное, любой дурак уже заметил.
Рыжая скорчила рожицу и опять хихикнула, потом подобралась к данмерке поближе и подтолкнула локотком:
– А у вас как?
Кимри уставилась на неё непонимающе:
– В смысле? У кого — «у вас»?
– Ой, да ладно! – закатила глаза Лилисса. – Уж мне-то можно сказать!
Кимриэль отвернулась, сворачивая постель, и пробормотала:
– Да нечего говорить…
Рыжая плюхнулась на только что свёрнутое одеяло, настырно заглядывая в глаза подруге, и покачала головой:
– И’ффре… ну, я так и знала, что у вас всё будет с кренделями. Оба такие… – она дурашливо высунула язык и покрутила руками возле лица, подбирая слово, – сло-ожные!
– Да что будет-то? – нахмурилась Кимриэль, не зная, как скрыть невыносимое смущение, и начиная сердиться. – Нет ничего. Лис, отдай одеяло…
Рыжая опять фыркнула и крепче вцепилась в свёрток:
– «Нет ничего»! Умру щас! Ты хоть иногда голову поднимай, чудо моё! Он же глаз с тебя не сводит! Не отходит ни на шаг! «Нет ничего»… пфа!!!
– Лис!
Босмерка, не обращая внимание на гневный взгляд подруги, подскочила и стиснула её в объятиях.
– Можешь сколько угодно делать мне страшные глаза — я всё равно сейчас всех обожаю до смерти! А тебя, дурочку, особенно. Ну, чего ты боишься?! Он же чудо, твой мутсэрочка, как специально для тебя сделанный!
Кимри глубоко вздохнула, прикрыв глаза, и постаралась сказать как можно серьёзнее:
– Лис. Если ты сейчас же меня не отпустишь и не перестанешь… я тебя… заморожу!
– Ай, боюсь-боюсь! – притворно запищала рыжая и, отцепившись, наконец, выкатилась из палатки, хохоча так, что наверняка перебудила весь лагерь.
Во всяком случае, из другой палатки выбрался недовольный Ма’Даро, ворча на босмерку:
– Ну, шшшто ты орёшшшь с утрра порр…
– Кооотииик! – перебила его шальная рыжая. – Как я тебя обожаю, ворчуна такого! Мяяяя!
Выглянув из палатки, Кимри увидела, что Лилисса повисла на шее у хаджита, ухитряясь чесать его сразу за обоими ушами. Ма’Даро с минуту терпел издевательства, потом зашипел и взвыл:
– Рррроггваррр, сссними сс меня ссссвою шшальную белку! Или я её ссссъемм!!!
После этого спящих в лагере не осталось. Из больших шатров высунулись легионеры, даже Мастер Аши-Иддан выглянул поинтересоваться, что за бесчинство творят его археологи. Норд, отцепив разбуянившуюся Лилиссу от кота, утащил её к ручью умываться. Вита принялась готовить завтрак, а Кимри продолжила сворачивать постель и убирать палатку.

По расчётам лейтенанта Кугариса и Мастера Аши-Иддана, с нынешней скоростью караван должен добраться до Кватча дня за полтора, если никуда не сворачивать. Но Аранлор принялся яростно настаивать на посещении развалин Мискарканда, а Мастер Аши-Иддан считал нелишним заглянуть в форт Истирус, чтобы ученики смогли увидеть, что такое заброшенный форт вообще и занятый «недружелюбным населением» в частности. После бурного обсуждения решили зайти сначала в айлейдский город (тем более, что по пути было святилище Талоса, которое весьма желали посетить легионеры и Роггвар), а потом спуститься на юг, к форту.
В суете сборов Кимри вдруг заметила, что, пока Мастер Аши-Иддан седлал лошадь, к его вещам в одной из повозок тихо проскользнул Аранлор. Положив рядом свой мешок, альтмер покопался в нём, потом незаметно отложил и влез в сумку учителя. Достав тетрадь и схоронившись за повозкой, он некоторое время листал записи, время от времени оглядываясь, но так и не заметил, что данмерка наблюдает за ним издали. Она всматривалась в лицо Аранлора, пытаясь понять, о чём он думает, чего ради затеял всё это, но резкие черты альтмера сковывала привычная маска безразличия. Кимри невольно задумалась, не попытаться ли прочитать его мысли, но быстро отбросила эту идею: не хватало свалиться в обморок посреди путешествия и опять доставлять неудобства всем вокруг… Ещё одна мысль заставила просто содрогнуться: нужно бы рассказать Мастеру Аши-Иддану о поступке Аранлора. Но ведь тот всё будет отрицать… Кому скорее поверит ашхан? А если не рассказывать — кто знает, к чему это приведёт… Легионеры в пути то и дело обсуждают новости с островов Саммерсет, ругая на чём свет стоит Талмор, грозящий отделением альтмерской провинции от Империи. А что, если Аранлор… И получится, что она опять струсила, оберегая свой душевный комфорт. Хлёсткая отповедь Мастера Аши-Иддана до сих пор звучит у неё в ушах: «А вас — убьёт ваша трусость!» Нет уж. Надо обязательно рассказать. Будь, что будет!
Аранлор тем временем аккуратно убрал на место тетрадь ашхана и как ни в чём не бывало занялся своей лошадью.
Дорога снова потянулась волнами по холмам, но сегодня Кимри не могла радоваться окружающим красотам. Её неотступно занимали мысли о двоих данмерах — ашхане и Эно, который, действительно, снова ехал рядом…

До моста через овраг, от которого тропка сворачивала направо, к святилищу Тайбера Септима, доехали без приключений. Повозки и лошади отправились дальше по дороге, к лагерю Ра’Сава, а археологи и остальные легионеры пешком спустились от святилища к Мискарканду.
Взобравшись по обвалившимся камням на верх стены, Кимри остолбенела. После Сейа-Тара, после Скинграда ей казалось, ничто уже не сможет настолько ошеломить. Но вот, внизу раскинулись белые мраморные плиты улиц, осенённые высокими стрельчатыми арками, лестницы, украшенные статуями, башни и башенки…
– Почему, – глухо проговорил Аранлор, – почему никому не придёт в голову отреставрировать хотя бы часть этих памятников!
Рядом вздохнул Эно:
– Боюсь, Империи сейчас не до восстановления архитектурных ценностей. Чуть больше двадцати лет прошло с Кризиса Обливиона, пять лет как закончилось Междуцарствие Грозовой Короны и раздел власти, а с запада твои соотечественники грозят новыми беспорядками и тащат за собой Валенвуд и Эльсвейр…
Альтмер отвернулся и спрыгнул со стены, но Кимри успела услышать, как он пробормотал что-то вроде: «Идиоты! Всё мечтают сотворить военной силой, как какие-нибудь… редгарды . Нет бы…»
– О чём это вы тут? – спросила из-за спины Лилисса.
Эно пожал плечами:
– О политике и культуре, Лис. Скукота. Пойдёмте лучше посмотрим статую. Наверное, снова Ауриэль?
Видимо, здесь был когда-то вход в город, и бог-воин в эльфийских доспехах, со щитом и луком, возвышался над ним на добрых четыре человеческих роста. Хорошо сохранившийся постамент был сплошь украшен затейливой резьбой, спереди и сзади с него скалились львиные морды.
Внутрь развалины идти не захотелось никому, кроме Аранлора. Как он ни убеждал, присоединился к нему только Лулус Герс. Мастер Аши-Иддан некоторое время размышлял, изучая лицо альтмера, потом спросил коротко:
– Уверены, что справитесь?
Аранлор поджал губы, чуть повернулся и внезапно запустил оглушительно шарахнувшую молнию в крупный серый камень, отчего тот с треском развалился на несколько частей.
– Уверен, – произнёс альтмер с упрямым вызовом.
– Хорошо. Лейтенант, будьте добры, дайте им ещё пару человек в сопровождение. А мы пока отправимся в форт Истирус. Вечером встречаемся в лагере Ра’Сава.
Лейтенант Кугарис отправил с Аранлором и Лулусом Астию и Грациана. Воительница не удержала недовольной гримасы по поводу напарника, но ни слова не сказала вслух, дисциплинированно подчиняясь приказу. Аранлор, не дожидаясь, пока легионеры возьмут снаряжение, зашагал к центральной башне Мискарканда.
Остальные прямиком по холмам вернулись на дорогу, пересекли её и стали спускаться вниз, к реке Стрид. Лилисса, глядя с высоты на глубокий каньон и крутые лесистые холмы на той стороне реки, вздохнула:
– Эхх, давно я дома не была…
Мастер Аши-Иддан привёл учеников на небольшую ровную площадку, посреди которой возвышался огромный грубо отёсанный камень, испещрённый непонятными знаками. Руны источали яркое зелёное свечение даже при свете дня.
– Это что, тот самый рунный камень Ремана? – спросил Роггвар, подходя ближе. – Он всё ещё действует?
– Думаю, вы можете попробовать, – кивнул данмер. – Форт Истирус — излюбленное место некромантов, а поскольку после распада единой Гильдии Магов некромантия вышла из-под запрета, здесь наверняка кто-нибудь обитает.
– Они что, правда такие дикие? – удивилась Лилисса. – Нам же ничего не нужно, посмотрели бы да ушли.
Морис насмешливо фыркнул, а Янус откровенно расхохотался над наивностью босмерки. Но Мастер Аши-Иддан не стал насмехаться, а спокойно пояснил:
– Некромантия неизбежно влияет на личность мага — такова её суть. Мастер Элидор ещё расскажет вам об этом подробно. Хотя ваша подруга, – ашхан кивнул на Кимри, – наверняка уже сейчас может вам описать, что она ощутила, приблизившись к зомби. Невозможно, постоянно работая с этим, остаться прежним, нормальным человеком. Поэтому будьте готовы к внезапной и беспричинной агрессии здешних обитателей.
– Хоррошшее дело, – пробормотал Ма’Даро. – Мы должжны будем убить ихх?
– Если хотите жить — да, – обернулся Тиррус Кугарис.
Кимри стало нехорошо. Даже Лилисса побледнела и придвинулась, было, поближе к Роггвару. Но он с удивительным хладнокровием кивнул:
– Ясен лес. Тогда я точно попробую пообщаться с камушком. Хороший доспех и оружие на ближайший час мне не помешают.
Рыжая уставилась на норда в некоторой оторопи. Оказалось, уничтожать нечисть и призраков — не совсем то же самое, что убивать людей. Пусть даже это и свихнувшиеся некроманты. Но, вот, ему, похоже, всё равно…
Пока Роггвар медитировал возле камня, почти обнявшись с ним, Эно Тарис подошёл к Мастеру Аши-Иддану и спросил:
– Может быть, лучше оставить девушек здесь?
Ашхан задумался, но босмерка, что-то решив про себя, вздёрнула подбородок.
– Ещё чего! Я пойду! У меня есть лук и иллюзии.
Кимри, в тайне понадеявшаяся было избежать неприятного «приключения», подавила вздох и устроила себе мысленную выволочку. Опять трусить и сидеть в кустах? А там, на месте — тоже прятаться? Зачем она тогда вообще поехала в эту экспедицию? Как надеется потом путешествовать в поисках сведений о родителях? Тем более, что тогда с ней, скорее всего, не будет отряда легионеров… Нет, нужно учиться справляться с жизнью такой, какая она есть.
Шагнув поближе к Лилиссе, данмерка сказала честно:
– Я тоже пойду. Не знаю, смогу ли сама сражаться, но у меня хорошо получается обнаруживать жизнь. И я могу призвать духа-защитника.
– Хорошо, – заключил лейтенант. – Тогда вы держитесь позади. Бернус и лекарь — будете защищать.
– Ну, вот, я опять с вами, мутсэра, – улыбнулся Рис, отвесив обоим данмерам полушутливый поклон.
Странный звук привлёк всеобщее внимание. Оказалось, сработал, наконец, рунный камень — Роггвара окутало зеленоватое туманное сияние, а когда оно рассеялось, обнаружилось, что норд облачён в даэдрическую кирасу и сжимает в руках огромный топор с двойным лезвием. Махнув пару раз мрачным оружием, Роггвар усмехнулся:
– Ну и ну! Этот монстр легче снега! Да я ж всех в капусту покрошу!
Наконец, выстроившись в установленном лейтенантом Кугарисом порядке, походники зашагали снова вниз, к форту. Кимри прислушивалась к своим ощущениям. Что-то странное поднималось в груди, будто тень тошноты… Сделав ещё шагов тридцать, она поняла, в чём дело. Перед фортом возвышался огромный каменный алтарь, украшенный алыми драпировками и со всех сторон исписанный некромантскими магическими знаками.
– Не самое приятное изобретение, – пробормотал Эно. – Я читал о таких алтарях: при определённых условиях они превращают обычные камни душ в чёрные…
Кимри с трудом сглотнула и поспешила пройти мимо. Алтарь источал невероятное зловоние, но не настоящее, физически ощутимое, а словно самая суть камня стала невыразимой гнилью, и этот запах был похуже того, что испускал мерзкий зомби в Фанакасекуле.

Снаружи форт оказался полуразрушенным кольцом стен, внутри которого уже лет сто росли деревья — такие они были высокие — и густая трава по пояс. Но в каменной жаровне перед тяжёлой деревянной двустворчатой дверью весело трещали дрова. Значит, здесь точно кто-то живёт…
Следующий час своей жизни Кимри запомнила смутно и путано. Сначала она сосредоточенно определяла дыхание жизни за стенами сумрачных коридоров, потом призвала духа-защитника, а сама осталась в темноте, прижавшись спиной к влажным замшелым камням, в то время как Роггвар, Ма’Даро, легионеры и даже Лилисса ринулись в бой. Дух неживого снова едва не сломил Кимриэль, но Эно, оставшийся с ней, поддержал её заклинанием. Жаль, нельзя было также поступить с ужасным чувством, которое охватило данмерку при звуках сражения: крики, удары, стоны, взрывы заклинаний, запах обожжённой плоти, запах крови… Кимри постаралась сосредоточиться на дыхании и холоде камней за спиной. Но когда первая схватка окончилась, ей пришлось взять себя в руки и пройти мимо искалеченных тел трёх некромантов…
«Как, – думала она, безотчётно вцепившись в локоть Эно, – как можно быть воином, жить с этим постоянно?» Рис, прочитав этот вопрос на её искажённом страданием лице, ответил:
– Нас учат думать, что это — не люди, сэра. Это — враг. Безликое существо, которое убьёт тебя, если ты не убьёшь его первым.
Кимри сглотнула. Она не могла согласиться с этим. Не могла, как ни старалась. Они ходили, дышали, о чём-то думали, чего-то хотели…
Неожиданно Эно остановился и потянул Кимри к столу в углу комнаты.
– Посмотри.
На столе лежали какие-то книги, непонятные инструменты, алхимические приборы и… части человеческих тел, источающие невероятный смрад. Рядом лежала раскрытая тетрадь с чьими-то записями. Прочитав несколько строк, Эно протянул журнал спутнице. Данмерка машинально прочла целую страницу и внезапно осела. Рис едва успел подхватить её и хотел усадить на стул возле стола, но Кимри с глухим возгласом шарахнулась в сторону. Жгучая горечь поднялась в горле, Кимриэль пришлось долго сосредоточенно дышать, чтобы справиться с подкатившей тошнотой. Она даже не заметила, что Эно прочёл над ней пару лечебных заклинаний, а из коридора, куда ушли опередившие их спутники, снова раздался лязг оружия и яростный рык норда.
Немного опомнившись, Кимри подняла к Эно посеревшее лицо, и он ответил на её немой ужас:
– Они умерли очень давно. Задолго до того, как мы пришли сюда. И сделали это добровольно. Понимаешь? Они убили свой разум и постепенно убивали своё тело, заражая всё вокруг тлением. Мы сделали благое дело.
Неожиданно раздались, приближаясь, чьи-то поспешные шаги и тяжёлое дыхание. Рис, обернувшись, мгновенно вскинул лук, и вбежавший некромант рухнул на пол со стрелой в груди, не издав ни звука.
– Пойдёмте, – позвал рыжий певец. – Мы отстали.
Они прошли форт от начала до конца, все три уровня — верхний, бараки и святилища. Кимри сосредоточенно вслушивалась в биение жизни за стенами, указывая, где скрываются переполошённые внезапным нападением некроманты. В перерывах между схватками она помогала Эно лечить раны легионеров и Роггвара.
Брат-норд немного пугал её: он почти никого не видел вокруг, пока Эно лечил ему обожжённое молнией плечо, не чувствовал боли и рвался вернуться в бой. Ему так откровенно нравился этот угар битвы… Кимри силилась понять, как уживается в нём откровенный восторг от убийства себе подобных с удивительным добродушием в остальное время — и не могла.
После ещё одной схватки пришлось лечить Лилиссу, и данмерка с изумлением увидела, что рыжая, словно заразившись от Роггвара, впала в похожее опьянение. Милая смешная белка кровожадно скалила зубки и жаждала снова стать плечом к плечу с возлюбленным нордом. Это было так дико, что Кимри запретила себе думать об этом до тех пор, пока всё не закончится…

Читать дальше: Глава 29. Экспедиция — день четвёртый: Следы пепла

© 2000—2018 ElderScrolls.Net. Частичная перепечатка материалов сайта возможна только с указанием ссылки на источник.
Торговые марки The Elder Scrolls, Skyrim, Dragonborn, Hearthfire, Dawnguard, Oblivion, Shivering Isles, Knights of the Nine, Morrowind, Tribunal, Bloodmoon, Daggerfall, Redguard, Battlespire, Arena принадлежат ZeniMax Media Inc. [13.29MB | 61 | 1,953sec]