20 день
Начала морозов
ElderScrolls.Net
Главная » Книги » Ядовитая песня, книга V

Ядовитая песня, книга V

Бристин Зел

Два дня целители не отходили от кровати Тая, и Байнара сидела подле него, держа его за руку. Его лихорадило, он ни спал, ни бодрствовал, вскрикивая от собственных видений. Лекари возносили хвалы здоровью юноши. Много раз выбрасывало тела на берега острова Горн, особенно во время войны, но никогда они не видели, чтобы кто-то выжил после этого.

Тетя Уллия наведывалась несколько раз, чтобы принести Байнаре пищу: «Побереги себя, дорогая, или, когда он поправится, ему придется сидеть у твоей постели».

Лихорадка у Тая прошла, он наконец смог открыть глаза и увидел перед собой девушку, с которой провел вместе семнадцать лет — все годы его жизни, кроме самого первого. Она улыбнулась ему, а он попросил еды. Молча, она помогла ему управиться с пищей.

«Я знала, что ты не умрешь, кузен», — нежно прошептала она.

«Я надеялся на это, но почему-то тоже знал, — он застонал. — Байнара, ты помнишь все те кошмары, о которых я тебе рассказывал? Так это все правда».

«Мы могли бы поговорить об этом, когда ты немного окрепнешь».

«Нет, — прохрипел он. — Я должен рассказать тебе все прямо сейчас, чтобы ты знала, какое чудовище называешь своим дорогим кузеном Таем. Если бы ты только знала об этом раньше, то не горела бы желанием снова увидеть меня».

По щеке Байнары скатилась слеза. Она еще больше похорошела за те несколько месяцев, что он провел в Морнхолде. «Как ты можешь думать, будто я перестану тебя любить, что бы ты ни натворил?»

«Я видел мою старую няньку, Эдебу, и говорил с ней».

Байнара всегда боялась, что этот момент наступит. «Тай, я не знаю, что она тебе наговорила, но все это моя вина. Помнишь, как Кена Гафризи рассказывал нам о Доме Дагот и его злодеяниях? В ту же ночь я увидела, как твоя нянька сооружает некое подобие алтаря на северной лужайке — в виде символа Шестого Дома. Должно быть, она делала это многие годы, но я не знала, что это значит. Я рассказала дяде Триффиту, и он выгнал ее. Я порывалась тебе все рассказать, много раз, но боялась. Она была так предана тебе».

Тай улыбнулся: «Возможно, все это время ты гнала от себя мысль: нет ли какой-нибудь связи между ее преданностью мне и ее преданностью проклятому Дому? Я знаю тебя, Байнара. Ты не из тех девиц, что предпочитают не пользоваться рассудком».

«Тай, я не знаю, что она тебе сказала, но я думаю, она была не в своем уме. И что бы она себе ни навыдумывала о тебе и о Шестом Доме — это все неправда. Помни об этом. Бред одной безумной старухи еще ничего не доказывает».

«Есть еще кое-что, — Тай вздохнул и поднял руку. Какую-то секунду он недоумевающе моргал, а затем сердито повернулся к Байнаре. — Что с моим кольцом? Если ты его видела, то уже должна была понять, что я говорю правду».

«Я выбросила это барахло куда подальше, — Байнара поднялась. — Тай, я пойду, тебе надо отдохнуть».

«Я наследник Дома Дагот, — Тай почти кричал, его глаза сделались безумными. — Выращенный после войны Домом Индорил, но направляемый Песнью моих предков. Когда мы были совсем детьми, я убил Вастера, ибо Песнь сказала мне, что он украл мое наследство. Когда Эдеба поведала мне, кто я, и дала это кольцо, я убил и ее, а ее дом спалил дотла. Ибо Песнь сказала мне, что она выполнила свою задачу. Когда я вернулся в дом Калкорита, моя любимая ждала меня там. И она сказала мне, что тоже принадлежит к Дому Дагот и доводится мне сестрой. Я бежал, но когда Калкорит пытался остановить меня, я прикончил его, ибо Песнь сказала мне, что он мой враг».

«Тай, прекрати, — всхлипнула Байнара. — Я не верю ни единому слову. У тебя жар…»

«Нет, не Тай! — он потряс головой, тяжело дыша. — Имя, которое мне дали мои родители, было Дагот Тайтон».

«Ты не мог убить Эдебу, ты любил ее. А Вастер и Калкорит? Ведь они же наши кузены!»

«Они не были мне настоящими родственниками, — холодно возразил Тай. — Песнь сказала, что они мои враги. Точно так же, как сейчас говорит, что мой враг — ты. Но я не слушаю ее. И не буду слушать… сколько сумею».

Байнара вылетела из комнаты, захлопнув за собой дверь. Она выхватила ключ из рук своей напуганной горничной, Хиллимы, и заперла замок.

«Серджо Индорил Байнара, — прошептала Хиллима участливо, — все ли в порядке с вашим кузеном, серджо Индорилом Таем?»

«Он будет в полном порядке, когда отдохнет, — Байнара вновь овладела собой и вытерла слезы с лица. — Никто не должен его беспокоить ни при каких обстоятельствах. Я унесу ключ с собой. А сейчас у меня много работы. Полагаю, никто так и не удосужился переговорить с рыбаками о пополнении запасов Сандилхауса?»

«Не знаю, серджо, — ответила служанка. — Думаю, нет».

Байнара отправилась к пристани, чтобы снять тяжесть с сердца единственным способом, который знала, — сосредоточившись на всяких мелочах. Слова Тая не покидали ее, но она успокоилась на время, беседуя с рыбаками об их улове, о том, сколько рыбы закоптить, сколько отправить в деревню, а сколько доставить свежей в кладовые Дома.

Ее тетя Уллия присоединилась к обсуждению, совершенно не замечая хорошо замаскированных переживаний Байнары. Так они вместе обсуждали, сколько провизии уничтожили дядя Триффит и его гости за время пребывания на острове, когда следует ждать их возвращения и как бы получше к этому подготовиться. Тут один из рыбаков на пристани прервал их, окликнув.

«Лодка приближается!»

Уллия и Байнара приветствовали гостью сразу по прибытии. Это была молодая девушка в одеяниях жрицы Храма. Еще когда она привязывала свою утлую лодчонку, Байнара восхитилась ее красотой — и странной схожестью с кем-то знакомым.

«Добро пожаловать на Горн, — сказала Байнара. — Я Индорил Байнара, а это моя тетя Индорил Уллия. Мы прежде не встречались?»

«Не думаю, серджо, — девушка поклонилась. — Меня послал Храм, узнать, не получали ли вы весточки от вашего кузена, Индорила Тая. Он не является на занятия уже несколько дней, и жрецы забеспокоились».

«О да, нам следовало дать знать, — посетовала Уллия. — Он здесь, едва не утонул. Теперь ему лучше. Позвольте, я провожу вас в дом».

«Тай сейчас отдыхает, и я попросила его не беспокоить, — немного запинаясь, произнесла Байнара. — Я понимаю, что это страшно невежливо, но мне сейчас нужно переговорить с моей тетей, всего пара слов. Не будет ли слишком ужасно с моей стороны попросить вас подождать нас в доме? Вы легко найдете дорогу — по тропинке на холм и через лужайку».

Жрица вновь смиренно поклонилась и пошла. Уллия была шокирована.

«Не следует обращаться с представителем Храма подобным образом, — выпалила она. — Ты не так уж изнурена уходом за кузеном, чтобы утратить всякое чувство приличия».

«Тетя Уллия, — прошептала Байнара, увлекая женщину подальше от ушей рыбаков, — а разве Тай действительно мой кузен? Сам он думает, будто он… из Дома Дагот».

Уллии понадобилось время, чтобы собраться с ответом: «Это правда. Ты сама была младенцем во время войны, поэтому не знаешь, как все было. Не осталось такого уголка Морровинда, который бы она не опустошила. Даже на этом острове была битва. Помнишь те обгорелые обломки, которые вы с Таем и бедным маленьким Вастером нашли много лет назад? Это осталось от той войны. А после войны, когда проклятый Дом был наконец побежден, мы увидели невинных малышей, сирот, чье единственное преступление заключалось в том, что они родились от порочных отцов. Признаю, в нашей объединенной армии Домов были и такие, кто хотел уничтожить этих детей, чтобы от Дома Дагот ничего не осталось. Но в конце концов милосердие победило, и дети Шестого Дома были усыновлены оставшимися пятью. И тогда мы решили, что выиграли войну окончательно и завоевали мир».

«Во имя Матери, Лорда и Мага! Если то, во что верит Тай, правда, то никакого мира нет, — Байнара задрожала. — Он уверяет, что Песнь предков взывает к нему, что она уже заставила его убить троих, и двое из них — из нашего Дома. Кузен Калкорит и… когда он был еще мальчиком… Вастер».

Уллия закрыла лицо руками и не могла вымолвить ни слова.

«И это только начало, — сказала Байнара. — Песнь по-прежнему взывает к нему. Он говорит, что есть и другие, кто знает, кто поможет ему возродить Шестой Дом. Его сестра…»

«Должно быть, это просто кошмарные фантазии, — пролепетала Уллия. Тут она заметила, как Байнара уставилась на тропинку, ведущую от пристани к дому. — Девочка моя, о чем ты подумала?»

«Эта жрица назвала свое имя?»

Обе женщины побежали вверх по тропинке, громко призывая стражу. Рыбаки, никогда дотоле не видевшие хозяйку дома в таком смятении, быстро переглянулись, а затем последовали за женщинами, похватав свои крюки и багры.

Парадные ворота Сандилхауса были широко распахнуты, и первые тела обнаружились у самого входа. Это была настоящая бойня: все окрашено свежей кровью. Анер, слуга дяди Триффита, продолжал сидеть со вспоротым животом за столом, так и не успев пригубить полуденный бокал флина. Лерин, одна из горничных, была обезглавлена, когда несла стопку белья из прачечной по лестнице. Тела стражей и слуг устилали пол зала, подобно осенним листьям. В конце лестницы Байнара едва сдержала рыдание, когда увидела Хиллиму. Та лежала, как сломанная кукла: смерть настигла ее, когда девушка пыталась пролезть в узкое стрельчатое окошко.

Никто ничего не говорил, ни Байнара, ни тетя Уллия, ни рыбаки. Они лишь безмолвно шагали по залитому кровью дому. Они подошли к комнате Тая: дверь нараспашку, внутри никого. Заслышав звук шагов в комнате Байнары, они приблизились медленно, осторожно и с великим страхом.

Жрица с пристани стояла у кровати. У нее на ладони блестело серебряное кольцо, которое Байнара сняла с пальца Тая. А в другой руке у нее был длинный, кривой клинок, сплошь замаранный кровью, как и ее некогда опрятное одеяние. Обнаружив, что не одна, она мило улыбнулась и поклонилась.

«Акра! Я должна была опознать тебя по описаниям в письмах Тая, — произнесла Байнара настолько спокойно, насколько могла. — Где мой кузен?»

«Я предпочитаю звать себя Дагот Акра, — ответила та. — Твой фальшивый кузен, мой истинный брат, уже отбыл, чтобы исполнить свое предназначение. Мне жаль, что ты его не застала — он бы с тобой попрощался покрепче».

Лицо Байнары исказилось яростью. Она взмахнула рукой, обращаясь к рыбакам, выступившим вперед с оружием наготове: «Разорвите ее на куски!»

«Шестой Дом воспрянет вновь, и Дагот Тайтон поведет нас!» — Акра засмеялась. Эхо ее слов все еще не растаяло под сводами замка, когда она начертила в воздухе знак Возврата и истаяла, подобно призраку.

© 2000—2018 ElderScrolls.Net. Частичная перепечатка материалов сайта возможна только с указанием ссылки на источник.
Торговые марки The Elder Scrolls, Skyrim, Dragonborn, Hearthfire, Dawnguard, Oblivion, Shivering Isles, Knights of the Nine, Morrowind, Tribunal, Bloodmoon, Daggerfall, Redguard, Battlespire, Arena принадлежат ZeniMax Media Inc. [11.94MB | 54 | 1,159sec]