18 день
Начала морозов
ElderScrolls.Net
Главная » Книги » Шор, сын Шора

Шор, сын Шора

Автор: Майкл Киркбрайд
Перевод: Deathruler. Редакция: Марк К. МарцеллFullRest

И вновь завершилась страшная сеча.

Вопль Кин отбросил наше племя на вершину горы Хротгар. Организованно отступить возможности не было, и ветер её дыхания нёс даже наших мертвецов. Когда мы спустились на землю, тела пали вокруг. Мы смотрели на них, смущённые и дрожащие, словно во время последней битвы в сумеречную войну. Главы других племён ещё таили злобу против нашего вождя — Шора, сына Шора. И, более того — они в конечном счёте объединились, дабы уничтожить нас, и использовали магию кожи, дабы обескуражить нас.

Поражение разозлило Шора. Он разозлился еще больше, когда Джунал сказал: отступление — шаг мудрый, ибо противник превосходит нас в численности в восемь раз. Тогда Шор принял форму своего Тотема, которой выражал свое недовольство — вместо того, чтобы громко негодовать, рискуя снова вызвать штормовую смерть. Щитоносцы его — братья Стан и Цун — пригнули головы, собирая копья и мечи и винные ножи, что Шор швырнул подле сломанных колонн восточного небесного храма. Прочие из нас отводили взгляды иль осматривали себя, не заметив даже удара грома, возвестившего о прибытии нашей Королевы, вышедшей из проложенного её собственным дыханием тоннеля.

Кин взяла голову Магнара — ярла, что бежал с поля боя и оставил слабину в линиях наших копий. Шор тряхнул своей чешуйчатой гривой. «Это не Магнар», — сказал он: «Магнар, боюсь я, пал в рассвет, и заменён был отражением. Другие вожди используют наши формы, чтобы сбить нас с толку».

Шор отошел от Супруги-в-Битве и спустился в пещеру, ведущую в Подземный Мир. Он вновь хотел держать совет со своим отцом. «Вождь наш сердце теряет», — сказала Дибелла — Супруга-в-Ложе Шора, — опуская очередной труп на кучу, что складывали немногие из нас. «И с тем пошёл говорить, чьего уж сердца нет. Зеркала, действительно, и в этом я не вижу логики».

Цун схватил её за волосы, ибо был зол на слова её и распалён похотью. Был он берсерком, несмотря на свое высокое положение, а берсерки после битвы принимаютcя за женщин. «Не ты так думаешь об этом», — говорил Стан, волоча Дибеллу к шатру из китовой шкуры: «А Джунал. Но никто не станет с ним отныне говорить». Цун взглянул на Умного, что слышал его. «Логика может быть опасной в эти дни, в этом месте. Чтобы жить в Скайриме, мнение своё необходимо по десять раз на дню менять, чтобы разум до смерти не замёрз. Такого мы не можем себе позволить в этот час».

Кин могла остановить все это, но лишь смотрела на толпу нордлингов вокруг, ничего не предпринимая. Стан и Цун сменяли друг друга, и было не в традициях останавливать такого рода близость. Она посмотрела на Джунала, не зная, должен ли он заговорить. Традиции менялись. Даже служанка её сбежала, греховно позабыв о своих обязанностях. Но Кин знала, что Мара, несомненно, договаривается с одним из вождей, ведь Пакт ещё позволял подобное Супруге-в-Печали. После того, как Шор забыл поцеловать её — как это принято у Супругов-в-Битве по возвращении с поля боя, — она сдержала бурю, зная, что не будет настоящего понимания, пока длятся сумерки.

Шор вдохнул жизнь в лампы Подземного Мира, прошептав маленькие огни. Он родился в пещере, во многом подобной этой, так что тьма не страшила его, но все равно она множила отвращение, владеющее его духом. С поры Собрания в Доме Нас*, когда вожди других племен осудили Шора за нарушение владений, и за скотокрадство, и за нечестивое речеплетство, он знал, что дело дойдет до войны, в которой нам не суждено победить. Любого из этих слов было достаточно для клейма предателя, а предателей всегда встречали изгнание, изуродовние или полусмерть. Он принял первое с гордостью, рыком обратив в пыль виночерпия вождя, подчеркнув свое желание уйти и зная, что мы последуем за ним. Второе он принял, начертив круг на адамантиновом полу Дома собственным бивнем из хвостового рта, сломавшимся с разрубающим звуком — и показал другим вождям, что все состоится вновь. И третье он принял, подобно удару молота изблевав в круг собственное сердце, защищая свой призрак по образу своего отца, и прорычав остальным племенам: «Снова мы боремся за наши жалкие места в этом Доме, во Вне Нас, и все, до чего это дойдет — так до того, что спираль духов, подобных моему, теперь разделится в нижнем мире, где мы боремся снова! И уже чувствую, что война меж нами начинается, и все же даже здесь вы не бросили еще свои копья!». И мы покинули Дом и больше не вернемся в него в этой эпохе.

Собрание смотрело на племя Альда, сына Альда, но он не нарушил клятвы Пакта, сказав: «Шор нынче заплатил три раза выкуп за грехи, в которым мы обвинили его, и за то мы сочтем его мертвым, и не поднимем копья на него и его род. О том, что ниже, он говорит, этим он сбит с толку, ибо под нами только пролог, и под этой затишью лишь только писарь, что не записал еще ничего. Шор, как всегда, забыл о том, что выше, и обрекает себя, и всякого, кто поверит ему, на этот круг». Щитоносец Альда Тринимак покачал на это головой, ибо он был сродни Цуну и не заботился так сильно о речах логики, как о своем положении. Он сказал своему вождю, что эти слова уже были сказаны ранее, на что Альд только усмехнулся и сказал: «Да, и всегда их будут игнорировать. А что до войны, что ты так жаждешь, храбрый Тринимак, как и все собранные тобой, так не беспокойся. Копье вскоре будут брошено из собственного племени Шора, и Дому Нас будет дозволено наше возмездие».

Шор нашел нишу в ядре мира, и говорил со своим мертвым отцом. Он вознес молитву, дабы удалить весь обман зеркал, и призрак Шора, отца Шора, появился, говоря: «Альд и другие заплатили раз за разом за грехи, в которым мы обвинили их, и за то ты должен считать их за мертвых, и не поднимать снова копья твоего племени на кого-то из их рода. О том, что выше, он говорит, Альд сбит этим с толку, ибо над нами только эпилог, и над этой затишью лишь только писарь, что не записал еще ничего. Альд всегда забывает о землях под ним, и обрекает себя, и всякого, кто поверит ему, на этот круг». Но Шор покачал на это головой, ибо он был сродни Альду и не заботился так сильно о речах логики, как о своем положении. Он сказал своему отцу, что эти слова уже говорились ранее, на что Шор только усмехнулся и сказал: «Да, и всегда их будут игнорировать. А что до совета, что ты так жаждешь, храбрый сын, и на злобу всем другим твоим отцам здесь со мной, что ты вызываешь каждый раз, как выбалтываешь свою судьбу, не беспокойся. Ты снова ударил в барабан войны, и, возможно, на этот раз ты победишь». И тогда Шор, сын Шора, вернулся к нам на вершину горы.

Не было нужды ему объяснять, что он узнал, ибо мы там были с ним. Тринимак оставил Дибеллу в своем шатре, когда мы собрались, и он не тронул ее, застыв, как это водится у нордлингов, когда мы не уверены в своем истинном месте, и попросив своего барта перевооружить себя. Стан замешался на миг, обдумывая этот странный сдвиг, но Мара вернулась, добившись успеха в договоре с иными племенами, рассказав им, что подобнын Тотемам в сумерках можно верить. Наша Королева просто кивнула своему Супругу-в-Битве, и выкрикнула нас назад на поля наших врагов, через слабину в их линиях копий, что Магнар, наш разведчик, осветил нам.

И вновь началась страшная сеча.

© 2000—2018 ElderScrolls.Net. Частичная перепечатка материалов сайта возможна только с указанием ссылки на источник.
Торговые марки The Elder Scrolls, Skyrim, Dragonborn, Hearthfire, Dawnguard, Oblivion, Shivering Isles, Knights of the Nine, Morrowind, Tribunal, Bloodmoon, Daggerfall, Redguard, Battlespire, Arena принадлежат ZeniMax Media Inc. [11.91MB | 54 | 1,187sec]